Восстание в Гонконге идет строго по сценарию киевского Майдана

В Гонконге начался свой Майдан. История протеста, начавшегося три дня назад, почти идентична украинской. Студенты и школьники, недовольные произвольной сменой политического курса страны, вышли с протестом на главную площадь. Полиция ночью избила и задержала десятки демонстрантов

В Гонконге начался свой Майдан. История протеста, начавшегося три дня назад, почти идентична украинской. Студенты и школьники, недовольные произвольной сменой политического курса страны, вышли с протестом на главную площадь. Полиция ночью избила и задержала десятки демонстрантов

 

Власти КНР не могут найти адекватный ответ на массовые акции протеста против отмены демократии и превращения Гонконга в один из обыкновенных китайских городов

Майдан по-китайски

В Гонконге начался свой Майдан. История протеста, начавшегося три дня назад, почти идентична украинской. Студенты и школьники, недовольные произвольной сменой политического курса страны, вышли с протестом на главную площадь. Полиция ночью избила и задержала десятки демонстрантов, после чего на улицы вышли уже под сотню тысяч возмущенных граждан, оставшихся там на ночь и на следующий день. В центре города – среди сверкающих небоскребов, роскошных бутиков и многомиллиардных банков – начали расти баррикады.

“Не припомню ничего подобного в истории Гонконга”, – заявил в интервью The Guardian Хун Хофун – научный сотрудник университета Джона Хопкинса, комментируя массовые акции протеста против китайских властей, на которые вышли невиданные доселе массы. По его словам, демонстранты впервые используют методы гражданского неповиновения и возводят баррикады. В прошлом они всегда старались протестовать аккуратно, не нарушая привычного ритма жизни финансовой столицы Азии. Однако на сей раз все иначе: “Сейчас их это не заботит, город частично парализован – это очевидно”.

Эксперт не слишком ошибается в своих оценках. Демонстрации, распространившиеся по многим районам обычно спокойного “особого административного района” Китая, – действительно беспрецедентны. Протестующие перекрывают улицы и площади, школьники старших классов и студенты объявили бойкот занятиям и отправились на акции неповиновения, закрыты многие банки и магазины. В магазинах закончились очки для подводного плавания, респираторы и плащи-дождевики, которые используют для защиты от слезоточивого и перечного газов.

Одним из товаров повышенного спроса стали обычные зонтики: выворачивая их наизнанку и выставляя перед собой, демонстранты также спасаются от распыляемого полицией газа. Из-за этой особенности протесты уже получили неофициальное название Зонтичная революция.

Противостоят манифестантам полицейские, спешно экипированные дубинками, щитами, касками и бронежилетами для разгона демонстраций. Появление на улицах местного аналога Беркута – само по себе крайне редкое для Гонконга явление, вызвавшее недоумение у многих горожан. Впрочем, сейчас власти отозвали их, чтобы не нагнетать и без того напряженную ситуацию. Жителей также призвали разойтись по домам и не мешать нормальному функционированию города. Те, однако, к совету не прислушались и по-прежнему остаются на улицах. И для того есть весьма веские причины, также вполне понятные украинцам.

Убитые надежды

С середины позапрошлого века до 1997 года Гонконг был британской колонией, жители которой сумели превратить мелкий рыбацкий городок в один из мировых финансово-экономических центров. Во многом это получилось благодаря британской системе права, гарантировавшей свободное развитие предпринимательства, защиту прав личности и собственности, независимое правосудие, а также политическую стабильность. В итоге Гонконг стал скорее западным, чем китайским мегаполисом. Его передачу под китайскую юрисдикцию многие восприняли с очень тяжелым чувством – мало кому хотелось из свободного капиталистического будущего возвращаться в коммунистическое прошлое.

Чтобы избежать никому не нужных осложнений, Великобритания и КНР согласовали для Гонконга особый порядок пребывания в составе Китая, который получил название “Одна страна – две системы”. Суть его, если коротко такова: Гонконг, как и ранее, будет жить по собственным правилам, а Пекин возьмет на себя только внешнюю политику и оборону. В рамках этого соглашения до 2017 года будет действовать переходный период, во время которого мэр будет избираться местным советом, а после – всеобщим голосованием. Такой подход горожан, в общем, устраивал.

Однако в конце августа 2014 года Пекин решил немного уточнить процедуру избрания руководителя города после 2017 года. Парламент КНР принял постановление, согласно которому, выбор жителей Гонконга будет ограничен только тремя кандидатурами, одобренными Избирательным комитетом Китая. В Пекине почему-то решили, что в противном случае “городу грозит хаос”. Однако в действительности хаос вызвало само это решение: гонконгцы, быстро сообразив, что из них делают идиотов, самостоятельно начали организовываться в группы протеста против изменения выборной системы.

Сначала эти группы были немногочисленны, и особой популярностью не пользовались. Дело тут в психологии большинства горожан. Жизнь каждого жителя Гонконга практически полностью подчинена одной цели – заработку. Город этот – невероятно динамичный, напористый, в его атмосфере разлита энергия деловитости, предпринимательства, постоянного изучения чего-то нового и стремления к успеху. В этом смысле даже Нью-Йорк намного более вальяжный и расслабленный. Отвлекаться на манифестации или протестные марши для типичного жителя Гонконга – это недопустимая роскошь и пустая трата времени. Еще более критическое отношение у горожан к тем, кто вольно или невольно мешает им добраться до работы или блокирует офис. Протесты – это терпимо, пока нет финансовых потерь.

Однако благодаря развернутой в соцсетях пропагандистской кампании все больше людей стало осознавать, что без сохранения демократии их привычный образ жизни будет нарушен, а сам город превратится во второй Шанхай – тоже деловой и весьма успешный, но задыхающийся от несвободы. Кстати, возвращение Гонконга в Китай (во всех смыслах) – это страшный сон местных жителей. В каком-то смысле, для них это то же, что и присоединение Украины к Таможенному союзу для активистов киевского Майдана.

В Гонконге придерживаются не слишком высокого мнения о материковых китайцах. Их недолюбливают и смотрят свысока, называя их кантонским аналогом слова “рагули”. А уже начавшееся нашествие лояльных Пекину гастарбайтеров с их особенным менталитетом – это одна из главных претензий гонконгцев как к местному, так и к центральному правительству. Надо сказать, что предупреждения активистов о неконтролируемой иммиграции в случае изменения избирательной системы не на шутку напугали местных жителей.

Группы активистов в Фейсбуке планировали начало мирного протеста на 1 октября – главный китайский национальный праздник – День образования КНР. Однако спонтанное выступление студентов и школьников изменило эти планы, и антиправительственные требования прозвучали раньше. Сейчас люди добиваются двух целей. Во-первых, сместить действующего главу города. По их мнению, Лян Чженьин несет личную ответственность за избиение студентов, а также открыто помогает Пекину разделаться с независимостью Гонконга. Во-вторых, демонстранты добиваются отмены закона о “трех кандидатах”, убивающего их свободу выбора. И если добиться первого требования у них шансы есть, то со вторым все намного сложнее.

Страх и ненависть в Пекине

Официальное китайское информационное агентство Синьхуа, цитируя неназванный источник в руководстве страны, назвало демонстрации “незаконными”, выступило с “решительным осуждением” действий протестующих и объявило, решения Всекитайского собрания народных представителей (парламента КНР) “не подлежащими обсуждению или отмене”. Гонконгу дали понять, что их недовольство фактически приравнивается к бунту, со всеми вытекающими последствиями.

Растущая тревога китайского руководства насчет событий в Гонконге вполне понятна. С одной стороны, любые проявления недовольства в материковом Китае подавляются быстро и максимально жестоко. С точки зрения Коммунистической партии Китая (КПК), никаких компромиссов тут быть не может – стабильность режима превыше всего. С другой – Гонконг действительно обладает особым статусом: он на виду у всего мира, являясь одним из главных его финансовых центров, там живут люди с совсем другим образом мысли. Если попытаться навести там порядок с помощью автоматчиков и танков, можно получить не только народное восстание, но и в высшей степени негативную реакцию мирового сообщества.

Допустить многомесячного Майдана в Гонконге власти не могут не только из-за финансовых потерь, но и из-за неправильного сигнала для остальной страны: люди могут подумать, что теперь это можно. Бацилла демократии крайне заразительна, а для правящего в КНР режима – потенциально смертельна.

Это, кстати, одна из причин, по которой Пекин не может отменить или модифицировать ранее принятое решение по Гонконгу: будет создан опасный прецедент. Если население материковой части страны начнет превращаться в граждан, которые с успехом добиваются своего мирными протестами, то всевластие КПК окажется под большим вопросом. Вторая причина – это потеря политического контроля над Гонконгом в случае отмены “постановления о трех кандидатах”. Стратегическая цель Пекина – “китаизировать” Гонконг до степени смешения с другими городами страны, чтобы никаких опасных проявлений свободомыслия (вроде нынешнего) там и не появлялось. Предоставление городу полной свободы приведет к обратным результатам – он окончательно оторвется в свободное плавание.

Сейчас китайские власти пребывают в некоторой растерянности. Ни один из вариантов решения проблемы нормальным не назовешь. Сейчас Пекин заблокировал на всей территории страны, кроме Гонконга, Instagram, дабы возмутительные фотографии уличных протестов не смущали умы миллиарда пока еще верных подданных. Никаких других действий китайские товарищи пока не предпринимают, лихорадочно просчитывая возможные последствия оных.

Профессор Университета Калифорнии, известный китаист Сьюзен Ширк опасается, что одним из возможных вариантов развития событий может стать объявление на территории Гонконга режима чрезвычайного положения и комендантского часа с последующим выводом на улицы города подразделений Китайской народно-освободительной армии. Такой вариант многие эксперты называют крайне опасным, поскольку гонконгцы исторически сплачиваются перед лицом прямого насилия и угрозы своему образу жизни. Проще говоря, с улиц они, скорее всего, никуда не уйдут.

А это уже возвращает в лексикон дипломатов и экспертов подзабытое многими словосочетание – “События на площади Тяньаньмэнь”. Речь идет о попытке мирного восстания в Пекине в 1989 году, закончившегося вводом танков и бойней, в которой погибли тысячи людей. В условиях нищей и аграрной страны, где даже телефон был большой роскошью, руководству КПК это сошло с рук. Сейчас, когда средний класс насчитывает уже сотни миллионов человек, а у каждого водителя маршрутки есть смартфон, решение применить силу может вырулить совсем в ином направлении. В каком именно – можно поинтересоваться у Виктора Януковича, неприятности которого также начались с решения силой очистить площадь от небольшой группы беспокойных студентов.

Иван Яковина

 

Приєднуйтесь до наших сторінок в соцмережах і слідкуйте за головними подіями: